Pink Floyd

Руюеж десятилетия застал Пинк Флойд в состоянии мучительных поисков своего лица. Их четвёртый по счёту альбом под названием Ummagumma, вышедший 25 октября 1969 года, практически не содержал новой музыки группы как таковой. Первый диск этого двойного альбома был записан во время выступлений в Манчестерском коммерческом колледже и бирмингемском Mother’s Club и включал в себя старые хиты.

Идея же второго, студийного диска зародилась в голове у Рика райта, часто сетовавшего по поводу ограничений, налагаемых участием в рок-группе и невозможности писать «настоящую музыку». В результате каждому из участников группы была предоставлена четвёртая часть диска для индивидуальных экспериментов.

Как впоследствии выяснилось, к этому испытанию лучше всех оказался Роджер Уотерс, создавший замечательную кембриджскую идиллию «Grantchester Meadows» и вереницу причудливых звуковых эффектов под не менее экстравагантным названием «Several Species of Small Furry Animals Gathered Together in a Cave and Grooving With A Pict». Райт впоследствии отвёрг свою четырёхчастную пьесу «Sysyfus» как «претенциозную», а Гилмор признавался, что в своей композиции «The Narrow Way» просто валял дурака.

Обложка альбома Ummagumma явилась одним из наиболее психоделичных творений Hipgnosis. На ней изображён один из членов группы, позирующего перед изображением другого члена группы, который в свою очередь позирует перед изображением третьего и так далее.

Первый альбом Pink Floyd в новом десятилетии, которым стал Atom Heart Mother, вышедший 10 октября 1970 года, явился отражением отсутствия чётких ориентиров своего пути у членов группы, с одной стороны, и тенденций, доминировавших в то время в английской музыке, с другой. Это был период, когда ведущие рок-группы пытались расширить границы своего творчества, вторгаясь в область симфонической музыки. Достаточно вспомнить лишь The WHO c их рок-оперой «Tommy», Deep Purple и их сотрудничество с Королевским филармоническим оркестром, не говоря уже об Эмерсоне, Лейке и Палмере.

Поэтому в появлении полусимфонического альбома Pink Floyd, в принципе, не было ничего обычного. Необычным, пожалуй, было то, что ничего подобного первоначально в планы группы не входило. Пьеса под характерным названием «The Amazing Pudding», спонтанно возникшая вокруг сочинённой Гилмором темы, была впервые представлена публике в Париже 23 января 1970 года. Однако что с ней делать дальше члены группы не знали и, отправляясь в очередной американский тур,  вынуждены были обратиться за помощью к своему другу Рону Гизину, фанатику джаза и авангардисту-электронщику, с просьбой сделать из их «пуддинга» Нечто Великое, добавив хоры, духовые интсрументы и всё, что он найдёт нужным. И, надо сказать, Гизин в полной мере оправдал оказанное ему доверие.

И хотя впоследствии и Гилмор, и Уотерс в одни рот плевались при упоминании об Atom Heart Mother, в этом нельзя не различить ноток ревности, поскольку именно центральная композиция альбома, фактически написанная Гизином, обеспечила альбому первое место в английских чартах, в то время как песни Уотерса, Райта и Гилмора, занимающие вторую сторону диска при всей своей лиричности и мелодичности воспринимаются скорее как дописки к magnum opus.

Обложку альбома решено было сделать насколько возможно «непсиходелической» и «нефлойдовской». После долгих поисков по-настоящему банальных изображени один из друзей Торгерсона вспомнил о знаменитых обоях с коровам Энди Уорхола. Это побудило Сторма поехать в Эсскс и сфотографировать первую попавшуюся корову так, как они обычно изображаются в школьных учебниках. В результате получилось, по его словам, «наиболее общее изображение коровы: это Корова как таковая».

Новый, улучшенный вариант Atom Heart Mother был представлен группой, дополненной духовыми инструментами и хором, на Bath Festival 27 июля 1970 года. А три недели спустя представление состоялось в лондонском Гайд-парке в присутствии 20 тысяч зрителей.

В 1971 году, согласно читательскому опросу журнала «Melody Maker», Pink Floyd занимал вторую строчку в рейтинге популярности, уступая лишь Эмерсону, Лейку и Палмеру, однако опережая такие группы, как Led Zeppelin, Rolling Stones, The WHO. В США, куда Пинк Флойд ездил регулярно и где постоянно ставил промоутеров в тупик своим желанием выступать  без «разогревающей» группы, каждый новый альбом поднимался на ступеньку выше предыдущего. Впервые в истории Пинк Флойд музыканты стали получать прибыль, однако, по словам Мейсона, только для того, чтобы «едва не умереть от скуки».

Видимо, спасаясь от скуки, музыканты стали обзаводиться собственными домами, благо, что средства теперь это позволяли. Райт и Мейсон, к этому времени уже ставшие отцами семейств, приобрели себе по дому в Лондоне. Гилмор же, напротив, предпочёл оставить город и поселиться в Эссексе, в фермерском доме девятнадцатого века, который он обставил музыкальной аппаратурой и антиквариатом. Помимо Дэйва, на ферме проживало огромное количество кошек и лошади.

Что же касается Уотерса, то он в соответствии с унаследованными от матери социалистическими принципами поселился в пролетарском пригороде Лондона Айлингтоне. Впрочем, внутренность жилища с его скандинавской мебелью и полированными паркетными полами, по которым разгуливали бирманские коты, свидетельствовала о хорошем вкесе хозяина и резко контрастировала с мрачным окружением.

Преобразованная подсобка в саду служила одновременно студией звукозаписи Роджеру и гончарной мастерской его жене Джуди Трим, которая во многих отношениях весьма напоминала мать Уотерса: она тоже была учительницей, также ненавидела рок-н-ролл, придерживалась ещё более левых политических взглядов и также держала Роджера под каблуком.

По мнению Дженнера, Уотерс при всей своей крутизне довольно легко подпадал под влияние женщин. Он вспоминал, что, пока Роджер был с Джуди, флойдовские деньги тратились на покупку домов, которые потом сдавались по низким ценам внаём нуждающимся в лучших традициях английской благотворительности. В это время Уотерс испытывал мучительное чувство вины, будучи не в состоянии примирить свои убеждения со свалившимся на него богатством. Он даже поменял свой роскошный «ягуар» модели Е на «мини», каковому примеру Ник, Рик и Дейв начисто отказались следовать.

Несмотря на свою популярность и успешную концертную деятельность пост-барретовский «Флойд» ещё даже не предпринял попытки создать по-настоящему представительный альбом. То, что положение начинает меняться, стало понятно 15 мая 1971 года на «Garden Party», состоявшейся у лондонского Crystal Palace, где была представлена новая вещь под названием «Return of the Son of Nothing». Она была такая же длинная, как «Atom Heart Mother»,только на этот раз всё звучание музыканты обеспечивали своими силами.

Представление завершилось представлением из маленького озера, отделявшего аудиторию от сцены, пятнадцатиметрового надувного осьминога. К несчастью, музыка звучала настолько громко, что настоящая рыба, водившаяся в озере плавала кверху брюхом.

Вышедший 13 ноября 1971 года альбом Meddle призван был определить, наконец, музыкальную индивидуальность нового Пинк Флойд. Это не в последнюю очередь было обусловлено вкладом Гилмора, окончательно освоившимся в группе. Наиболее талантливый из музыкантов, он был к тому же единственным из членов группы, кто находился в курсе всех тенденций поп-музыки того времени. Не удивительно поэтому, что с его приходом музыка Pink Floyd стала более профессиональной и ориентированной на широкую аудиторию.

Подобно предыдущему альбому, Meddle состоял из двух частей: одну сторону диска занимала композиция «Echoes», представлющая собой переработанную версию «Return of the Son of Nothing», а другую – отдельные песни. При создании центральной вещи альбома музыканты применили новый метод. Не имея заранее никаких заготовок, они уединились в январе 1971 года в студии на Эбби-роуд, и стали записывать все идеи, возникающие у них в головах. В результате получилось 36 музыкальных фрагментов, из которых и была создана «Echoes».

Обложка «Meddle» является не самым ярким произведением Hipgnosis, однако Торгерсон настаивает, что концепция дизайна была продиктована членами группы. На фотографии, похожей на первый взгляд на абстрактные чернильные разводы, на самом деле изображено ухо, улавливающее звуковые волны, переданные рябью на воде.

Несмотря на то чтоMeddle встретил смешанную реакцию критики и занял в британском хит-параде лишь третью строчку, он явился крупным шагом вперёд для самой группы. В то время как фанаты старого Пинк Флойд были несколько озадачены, группа приобрела многочисленную новую аудиторию, которой нравился интелектуальный рок и которой было мало что известно об андерграундном прошлом группы. Meddle явился своеобразным манифестом для увеличивающихся рядов поклонников Pink Floyd и подготовил почву для последующего успеха.