Стена
После изнурительного тура Pink Floyd снова едва не распался. Начиная с сентября 1977 года Уотерс заперся у себя дома, чтобы работать над новым альбомом, о котором тогда ещё не было известно – станет он групповым или сольным проектом. Предоставленные самим себе два других автора группы, Гилмор и райт, предприняли попытку сольной карьеры. Их альбом под названием David Gilmour и Wet Dream увидели свет в мае 1978 года.
Для записи диска Гилмор внось собрал трио Bullitt, c которым играл летом 1967 года, с Риком Уиллсом на басу и Уилли Уилсоном на ударных. В записи также принимала участие Джинджер Гилмор. Райт же привлёк к участию в своём проекте Сноуи Уайта, а слова песен написала Джульет Райт.
Хотя альбомы отличались по музыке – Гилмор работал в стиле тяжёлого рока, а Райт – попсы с привкусом джаза, у них, тем не менее, было много общего. Оба включали в себя длинные инструменталы и были сделаны со вкусом, однако обоим не хватало оригинальности. Общей была и судьба обоих проектов: они произвели мало впечатления на слушателей. Было очевидно, что публика не знала и не очень хотела знать отдельных членов группы, вышедших за пределы машического круга под названием Pink Floyd.
В сентябре 1978 года совершенно неожиданно группу настиг финансовый крах, явившийся следствием многомиллионной аферы, в которую Пинк Флойд вовлёк пронырливый молодой финансист Эндрю Оскар Уорбург, организовавший в 1973 году вместе с коллегами финансово-консультативную компанию «Norton Warburg Group». Личное обаяние помогло ему привлечь богатых клиентов из мира спорта и шоу-бизнеса. К 1976 году NWG cтала вести все финансовые дела Пинк Флойд.
Уорбург вложл от 1.6 до 3.3 миллионов фунтов из доходов Пинк Флойд в различные рискованные предприятия под предлогом того, что иначе с этих сумм придётся платить внушительные налоги. Предприятия благополучно обанкротились, и группе оставалось только подсчитывать убытки.
Как бы то ни было, эти печальные обстоятельства убедили всех заинтересованных лиц, что проект Уотерса должен стать групповым. Этому в немалой степени способствовали предложения EMI и CBS астрономические авансы, составлявшие в общей сложности 4.5 миллионов фунтов.
В июле Уотерс вернулся из своего добровольного заточения с двумя циклами песен – «The Wall» и «The Pros And Cons of Hitchhiking», которые он представил остальным музыкантам для выбора. Группа выбрала «The Wall», согласившись, что «Pros and Cons…» может стать следующим проектом Pink Floyd.
В конце 1978 года группа уединилась в студии на Британниа-роуд, чтобы начать работу над проектом, который обещал стать самым амбициозным и многоплановым со времён рок-оперы «Tommy»: концепция Уотерса распространялась, помимо альбома, на театрализованное шоу и фильм.
Проект The Wall требовал четырёх сторон долгоиграющего винилового диска и должен был включать в себя 26 полноценных песен. Учитывая сложность проекта и неизбежно появляющиеся разногласия с Гилмором, Уотерс решил пригласить сопродюсера со стороны. Преимущества такого решения он также видел в том, что это позволяло ему проводить больше времени со своей новой женой, аристократкой Кэролайн Кристи и двумя маленькими сыновьями, которых он решил уберечь от синдрома безотцовщины, являющегося одной из ключевых тем альбома.
По предложению Кэролайн, Роджер выбрал Боба Эзрина, известного в основном своей работой с Элисом Купером и KISS, но также продюсировавшего альбом Лу Рида Berlin, чей статус самого мучительно безисходного концептуального альбома в истории рока может соперничать разве что с The Wall. В пользу Эзрина также говорило и то, что он был на концерте в Монреале и видел знаменитую сцену плевка собственными глазами.
C самого начала работы Уотерс откровенно предупредил Эзрина, чтобы тот писал всё, что хочет, но не расчитывал на указание своего авторства. Эзрин использовал весь материал, предоставленный ему Уотерсом, однако придал ему несколько иной порядок и форму. Он убрал все упоминания о возрасте Пинка, чтобы сделать альбом более интересным молодёжи, а также убедил членов группы отказаться от своей антисингловой политики и предусмотреть на альбоме хотя бы один хит такого формата.
Между тем, после финансовой катастрофы, связанной с Уорбургом, состояние группы свелось практически к их домам, машинам, коллекциям и, конечно, трёхмиллионному офисно-студийному комплексу. Решено было, чтобы избежать налогов (которые для плательщиков уровня Пинк Флойд доходили в то время до 83%), заканчивать альбом во Франции и Штатах. Британниа-роуд даже не была упомянута в выходных данных. Кроме того, все члены группы должны были наскоро упаковать вещи и иммигрировать в качестве налоговых беженцев. В результате Уотерс обосновался в Швейцарии, а остальные у себя на виллах на юге Франции (Мейсон) и греческих островах (Гилмор и Райт).
Оркестровка The Wall была поручена Майклу Камену, бывшему руководителю нью-йоркского Rock Ensemble, который делал наложение своей состоящей из 55 частей партитуры в студии СBS в Нью-Йорке, в то время как его боссы всё ещё были во Франции. Он так и не встретился с ними, пока его работа не была закончена и одобрена.
Другим важным компонентом альбома являлись звуковые эффекты, качество которых так же превосходно, как и всё остальное на альбоме The Wall. В то время как в Америке запись делал опытный инженер Джеймс Гатри, оставшийся на Британниа-роу Ник Гриффитс занимался организацией звуковых эффектов, список которых у него был при себе. Однако его главной заслугой на альбоме является без сомнения запись детского хора в «Another Brick In The Wall (Part 2)».
Уже во время записи альбома появились признаки того, что отношения между членами группы далеки от гармонии.
В некоторых публикациях проскальзывали намёки на озабоченность остальных музыкантов доминированием Уотерса. Что касается второго основного «флойда», Гилмора, то к этому времени он вообще предпочитал не встречаться с Роджером вне стен студии. Мало способствовало контактам и отсутствие взаимопонимания между их жёнами: у простой американки Джинджер было мало общего с изысканной леди Кэролайн.
Вскоре произошло событие, ставшее по сути первой ласточкой грядущего раскола в группе. После того как уставший, по его словам, от постоянных придирок Уотерса Райт отказался покинуть Грецию, чтобы учавствовать в последнихсессиях записи осенью 1979 года, Уотерс убедил Гилмора и Мэйсона исключить ослушника из состава Пинк Флойд. При этом он пригрозил в противном случае уничтожить все уже сделанные записи.
Сам Уотрес утверждал позднее, что Райт был слишком «выдохшимся» и не мог играть, свалив исполнение большей части обязанностей клавишника на Эзрина и сессионного музыканта Питера Вуда. Гилмор впоследствии признавал, что, несмотря на разногласия с Уотерсом он был полностью согласен, так как Рик не выполнял работу, за которую получал деньги. А Роджер даже утверждал, что Дейв предложил избавиться зоадно и от Мейсона.
Хотя не последовало никакого официального сообщения, Райт был исключён из состава Пинк Флойд и до завершения связанных с альбомом мероприятий переведён на зарплату. В результате он оказался единственным из музыкантов, кто благодаря фиксированному доходу заработал на концертных представлениях альбома, стоимость которых оказалась непомерно высокой.
Уход Райта был окутан такой завесой секретности, что многие из поклонников группы оставались в неведении об этом в течение четырёх лет, пока не вышел следующий альбом Pink Floyd, где значилось уже только 3 музыканта.
Райт оказался не единственной жертвой. После одиннадцати лет плодотворного сотрудничества с Pink Floyd Сторм Торгерсон был немало удивлён, когда его старый друг Роджер не только не предложил ему учавствовать в создании дизайна обложки The Wall, но вообще стал едва его замечать.
Хотя и не сравнимоес работами Hipgnosis, выбранное Ултерсом изображение плоских белых кирпичей, тем не менее, являетсявпечатляющим в своейпростоте. Во всяком случае, бесцветная обложка не отпугнула более полумиллиона покупателей в одной Великобритании, купившихальбом в течение месяца содня его выхода 30 ноября 1979 года. В штатах он занимал верхнюю строчку чарта Billboard целых пятнадцать недель.
По объёму продаж альбом The Wall уступил только бестеллеру всех времён Dark Side Of The Moon. Критика, впрочем, утверждала, что этому в значительной мере способствовал предварительный выпуск сингла Another Bick In The Wall (Part 2), дающий мало представления о содержании альбома в целом. Одни обвиняли Уотерса в безудержном сомокопании и эгоцентризме, другим не понравилась излишняя продуманность альбома и приземлённость его лирики.
Предстаяло сценическое воплощение The Wall, и здесь группе пришлось столкнуться с рядом трудностей. Во первых, нашлось очень немного подходящих залов для размещения 45 тонн оборудывания и 45000-ваттной акустической системы. Концерты были лишь запланированы в Лос-Анджелесе, Нью-Йорке, Лондоне и Дортмунде, где имелись спортивные арены, так как на стадионные концерты Уотерсом было наложено табу.
Только на оборудывание и сценические реквизиты группе предстояло потратить 500 тысяч фунтов. Помимо обычных на концертах Pink Floyd самолёта и свиньи, для шоу The Wall по эскизам Скарфа были сделаны огромные гротескные куклы, изображающие главных злодеев шоу – школьного учителя, мать и жену Пинка. В реквизит входил и уже знакомый круглый экран для показа анимации того же Скарфа в первой части шоу, после чего она проецировалась непосредственно на стену. Однако главной декорацией должна была стать сама стена высотой более 100 и шириной 50 метров, которую должна была возводить в первой половине шоу из белых картонных кирпичей целая армия техников с помощью гидравлических подъёмников.
Когда 7 февраля на лос-анджелесской Спортивной арене звуками «In The Flesh?» открылось самое впечатляющее шоу Пинк Флойд, сама группа всё ещё находиласьза кулисами. На сценеже была «замещающая группа» в составе басиста Энди Боуна, гитариста Сноуи Уайта, ударника Уилли Уилсона и клавишника Питера Вуда, на которых были надеты маски настоящих членов Пинк Флойд. На протяжении всего концерта четверо «заместителей» поддерживали своей игрой Pink Floyd. Так Боун,в частности, позволил Уотерсу уделить больше внимания вокальным партиям и сценической игре. Роджер также утверждал, что Уилсон помогал Мейсону выдерживать правильный ритм. В дальнейшем к восьми музыкантам были добавлены четверо вокалистов второго плана и заранее записанная оркестровка Майкла Камена.
Первое представление имело самое неожиданное, не предусмотренное сценарием развитие, когда запущенные фейерверки подожгли верхнюю часть портьер, в результате чего обрывки горящей ткани начали падать на сидящих в первых рядах. Зрители поняли, что пожар не является частью шоу, лишь когда Уотерс остановил представление, чтобы в дело могли вступить пожарные.
По ходу концертов Роджера не оставляла мысль о фильме «The Wall» как продолжении шоу, который, по его мнению, должен был включать съёмки живых выступлений группы, анимацию Скарфа и ряддополнительных сцен. Главную роль должен был играть, конечно, он сам.
Однако идеяфильма не нашла поддержки у руководителей EMI. Положение спасло неожиданное вмешательство молодого кинорежиссёра Алана Паркера, старого поклонника Пинк Флойд. Первоночально Паркер, занятый съёмками собственного фильма, предложил себя в качестве сопродюссера Уотерса, поручив съёмки своему кинооператору Майклу Серезину вместе со Скарфом. Готовясь к предстоящим съёмкам, Уотерс со Скарфом заперлись на несколько недель в студии последнего, написать сценарий и нарисовать эскизы основных сцен.
В ходе проб, однако, выяснилось, что Роджер переоценил свои способности актёра, и перед Паркером встала задача найти достойную кандидатуру на роль Пинка. Просматривая видеозаписи выступлений различных рок-групп, он, по собственному признанию, был поражён «опасным характером и физической непредстказуемостью» певца ирландской группы новой волны BoomTown Rats Боба Гелдофа. Гелдоф, впрочем, согласился не сразу, поначалу охарактеризовав идею уподобления рок-звезды фашистскому лидеру как «полную херню».
После того как выяснилось, что Серезин и Скарф не могут найтиобщего языка, Паркеру пришлось взять руководство в свои руки. Для начала он убедил Уотерса, что фильм получится слишком путанным, если соеденить в нём анимацию и кадры живых выступлений. В результате группа оказалась за кадром, довольствовавшись лишь саундтреком, примерно четвёртая часть которого была написана специально для фильма. Несмотря на желание сделать проект целиком английским, Паркеру всёже пришлось обратиться за помощью в Голливуд, при этом большую часть стоимости фильма (около 12 миллионов долларов) должен был выложить Пинк Флойд.
Принимая во внимание огромные творческие и финансовые вложения в фильм, Уотерс относился к нему с особой ревностью. Вскоре между ним и Паркером возникли неизбежные разногласия. Оба в последствии вспоминали время работы над фильмом как не самый лучший период в своей жизни. Прежде чем съёмки реально начались 7 сентября 1981 года, Паркеру удалось выжать из Уотерса, наверное, самую болезненную для того уступку: Роджер должен был взять отпуск на полтора месяца и не вмешиваться в процесс съёмок.
Спустя два месяца было отснято 60 часов фильма, которые предстояло втиснуть в 99-минутный формат. На этом этапе Уотерс вернулся к работе, и разногласия вспыхнили с новой силой. Теперб уже Паркер считал фильм своим и болезненно реагировал на любые замечания Роджера.
Премьера фильма «The Wall» состоялась 14 июля 1982 года в Лондонском Empire Theatre. Среди гостей присутствовали Гелдоф, Паркер, Скарф, Пит Тауншед, Стинг и трое «флойдов». На недоуменные вопросы по поводу отсутствующего Райта его бывшие коллеги отвечали, что он находится «в отпуске». Рик действительно пребывал в своём родосском убежище, мучительно переживая развод с Джульет, с которой они прожили почти 15 лет. В течение последующих несколько лет он редко появлялся в Англии, не говоря уже о музыкальной тусовке.
Едва ли большее участие в делах группы принимал и Мейсон. Скуки ради он стал последним из флойдов, кто решил попробовать себя в сольном проекте. Вышедший в мае 1981 года джазово-попсовый альбом Nick Mason’s Fictitious Sports явился фактической работой пианстки Карлы Блей. Ник играл на ударных и был сопродюссером, однако решено было выпустить альбом под его именем, поскольку сольному проекту любого из флойдов, согласно контракту, был гарантирован аванс со стороны CBS и EMI. На альбоме примичателен также вокал Роберта Вайта, гитара Криса Спеддинга и труба мужа Карлы Майка Мэнтлера.
Однако гораздо больше занимала Ника вэто время его «вторая любовь» – гоночные машины. Его коллекция из двадцати гоночных и исторических машин была оценена в 500 тысяч фунтов. Он также стал партнуром крупнейшего в Великобритании дилера фирмы «Феррари». в 1980 году Мейсон выйграл свою первую гонку за рулём «бугаттис» 1927 года выпуска, а к 1982 году победил ещё в семи гонках.